Полнометражный сон

[Unra]

Название: Полнометражный сон
жанр:фентези, роман
автор:я
бета:Фиеста,Kitty
рейтинг:R
статус: закончен
размер:макси
предупреждения:считаю, что немного сокровенного не помешает
раннее выставляла: _tanya-grotter.ru/forum/index.php?topic=20390.0


Летом жара  бывает стойкая, почти осязаемая. Кажется, если взять нож и порезать окружающее пространство, то обязательно увидишь большие куски  воздуха. От земли поднимается пар, такой сильный, что ты будто отрываешься от земли и  летишь вперёд по тропинке. Легкие отказываются принимать эту раскалённую воздушную жижу.  Дышать становится тяжело, а если остановишься, то, пожалуй, забудешь о том, что стоишь и будешь наслаждаться небом  в лежачем положение.
 В такой денёк лучше быть дома, рядом с вентилятором. Но нет!  Ей надо учиться!
 Математика никак не могла уложиться в  голове Кати. Вот уже битый час, сидя на курсах для поступающих в институт, она усомнилась, надо ли ей  всё это. Девушке опять показалось, что ей не хватает парочки высших образований.
    Мама, наверное, уже и  забыла, как выглядит её ребенок. Но она не была против Катиного «поиска себя» в бесконечных лабиринтах науки. Они с отцом, освободившись от опеки единственного ребёнка, начали заниматься своими отношениями, а Кати так не хотелось им мешать.  Девушка видела  блеск в маминых  глазах, понимала, что для неё это новый этап в совместной жизни. Она просто не знала чем  заняться, вот и пошла опять учиться. В свои двадцать пять у Катерины не было своей семьи, мало того,  не было даже просто увлеченности. Девушка верила в любовь неземную, бесконечную и безграничную, но никак не могла её найти.  И не видела в этом особой проблемы.
- Эй, пошли домой, надоело!-  друг Артур всегда чувствовал  настроение Кати. Она очень любила его, но никак не могла представить своим парнем. Он знал это и  огорчался, правда, несильно.
 -Да, пойдем.
   Они шли по раскаленному тротуару к  квартире, которую снимали  вместе. Все Катеринины  подруги осуждали их отношения, но Кати было все равно. Артур всегда был для нее, как брат.
- Как тебе наш будущий институт?
- Знаешь, Арти, не нравится мне всё это!
- Ну ты даешь, куда уж лучше?! Мы же будем крутыми специалистами в психологии!
- Я просто боюсь за наших пациентов. Мне кажется, что вместо того, чтобы вылечить,  мы запечём их в психушку до конца жизни!
- Нет, не до конца! Только лет на пять!
Улицу заполнил громкий смех.
Начинало смеркаться. Невыносимая жара дня сменялась приятной духотой вечера. Тело упрямилось и не хотело спать. Оно привыкло к ночным похождениям, вкусным коктейлям и ритмичным танцам. Повинуясь зову, Кати взяла телефонную трубку и набрала номер Ольги. Долго слушая гудки, она поняла, что Оля уже где-то гуляет, и посвящать Кати в свои планы она не собирается. Не то что бы Кати расстроилась, но она не могла никак лечь и заснуть, а громкий храп Арти ещё больше подбодрял её на путешествия. С чего взялась привычка вести активную жизнь ночами, не мог  объяснить даже её цепкий ум. Девушка помнила себя в пять лет, но переход на «тёмное» время суток никак не всплывал в памяти девушки.
Раздавшийся звонок выдернул Кати из размышлений.
- Да.
- Катя, солнышко, ты чем занимаешься?
- Адочка, как я тебя рада слышать.
- Деточка, неужели я слышу это от тебя? Значится совсем  нехорошо тебе?
- Не утрируй!
- Не хочешь ли ты развеять тоску и прогуляться со мной на вечеринку для молодёжи?
- Конечно хочу!
- На сборы двадцать минут.
Какие уж там двадцать минут! Девушка была при полном параде через десять минут! Вся в предвкушении радости танца и общения с незнакомыми молодыми людьми. П-И-И-И-И-И-Б. Сердце стукнуло где-то в области голосовых связок.  У-Р-А! Кати вышла, вглядываясь в темноту июльской ночи, нашарила глазами мустанг Ады и поторопилась сесть в него, боясь упустить момент и проснуться от грёзы. Почему-то всё происходящее ей казалось нереальным. Душа желала праздника, и ночь обещала быть незабываемой. Шестое чувство говорило ясно и четко, сегодня  должно было произойти что-то нереальное,  сладостное, как вкусный яблочный пирожок!
- Здравствуй, Катенька!
Ада не подчинялась уговорам Кати, считая, что русские имена должны произноситься правильно.
- Приветик. Ну, что у нас происходит в жизни?
- Всё как всегда.
Хоть Ада часто говорила заезженными фразами, Кати это не раздражало. Чем-то девушке это даже нравилось.
Ада нажала на газ, и маленький автомобиль помчался по сонным улицам.  Кварталы  пролетали мимо. Кати смотрела невидящим взглядом в окно машины. Все мысли девушки были заняты грядущей вечеринкой.
- И куда же едем?
- Мы едем, едем, едем…-напевала Ада,- … в новый клуб Фарс. Помнишь, там раньше был Марципан? В общем, Катя,  ты должна с ним познакомиться!
Кати насторожило что-то в голосе Ады. Что это за загадка такая? Однако девушка - человек забывчивый, долго думать она явно не приучена. Жаль, что Катерина не видела лицо Ады в тот момент. Его выраженье Кати явно не понравилось бы.
 Все проносилось за окном со скоростью  «лошадиных сил», которые находились под капотом машины Ады. На душе у Кати было так легко и весело, что девушка не ощущала окружающего её салона машины, только дорога. При очередном повороте за угол дома, взору девушек предстала огромная вывеска: клуб «Фарс».  И тут что-то защемило у Кати  в груди, сердце сжало крепкими тисками. Скоро случится беда! «Но что может приключиться, когда впереди праздник, и тело так ждет танца?!» - Кати беда казалась нереальной.
Девушки вошли в клуб. Все плохие мысли тут же вылетили из головы Катеньки. Осталось лишь безумное желание танцевать!
- На долго нас не хватило! Жизнь домашней птички явно не для тебя!
- Лорочка, ты же меня знаешь! Я не умею сидеть на месте!
Лора -  вечная подруга Кати. Может, они и не были знакомы с пеленок, но вполне хватало и того, что девушки дружили с четырнадцати лет. Кати ценила Лору и любила, как только может любить подруга.
- Как ты? Как жизнь? И, вообще, где пропадала? 
- Не поверишь, опять учусь!
- Да!?  До старости будешь студенткой! Ты жизнь свою устраивать собираешься?
- Ну, Лорик, не начинай опять!
- Нет, и не уговаривай! Я и о своём будущем пекусь!
- Какая ты меркантильная, фу!
Громкая музыка, дым сигарет и огромное количество народа. Типичный клуб. Сердцу хотелось флирта и развлечений, но оно было совершенно  не готово к серьёзным отношениям. Лора знала Кати довольно хорошо, и девушке было тяжело смотреть на то, как её подруга не могла, а главное, не хотела искать свою вторую половинку! Ведь кому, как не лучшей подруге знать, что именно тебе нужно.
Но Кати уже забыла обо всём, она лишь смотрела прямо перед собой. Туда, где на другом конце «танцпола» стоял тот, кто полностью занял её мысли. Это не был  высокий блондин с голубыми глазами, который обычно поражает девушек с первого взгляда.  Среднего роста, широкие плечи, накаченные руки, тёмные волосы, не достающие до плеч. Но Кати поразили его глаза, глубокие, темные, затягивающие. Их невыносимая тоска, западающая в сердце, затрагивающая все струны души. 
- Кати, ты со мной?
- Лора, кто это?
- Где?
И действительно, где? Это была иллюзия? Ай, как же обидно! Вот так всегда происходит, когда человек соприкасается с чудом. Чудо эгоистично, и  оно любит, чтобы всё внимание было удостоено только ему. Стоит только на миг отвлечься и тю-тю!
- Уже нигде.
- Тебе лечиться пора!
- Да уж.
Часто бывает так, что, придя на праздник, твое настроение пропадало, когда «кусочек пирога», предназначенный тебе,  съедает кто-то другой! А когда ты даже не знаешь, кто это был, не получаешь удовольствия даже от обиды.
- Катя! Ты как реактивный двигатель! Лора, здравствуй.
Ада всегда появлялась неожиданно!
- Девочки, барабанную дробь, пожалуйста, это Руслан.
Молодой человек, подошедший в этот момент, никак не заинтересовал Кати. Ну и что с того, что он был высоким, мускулистым парнем, имел блестящие,  хорошо уложенные волосы и миловидное лицо - всё это производило впечатление супергероя многих боевиков. Не тот типаж. Кати больше любила таких мужчин как тот, который только что появился на другом конце зала и навсегда запомнился ей. Однако Руслан,  со всех сторон окружённый девушками, подругами и знакомыми Кати, был увлечён только ей и жаждал общения. Конечно, это было приятно, когда ещё выпадет такая возможность вызвать зависть у подруг?!
- Катерина, знаете, увидев вас, я всё забыл! Я думаю только о том, как хорошо вы будете смотреться рядом со мной!-  слащаво проговорил супергерой.
Ай-ай-ай, какая досада, а ведь все могло бы быть просто: пара тройка нужных комплиментов, и уже завтра он  даже не задумывался бы, как она выглядит возле него. А теперь пусть забудет. Такого чванливого и приторного мужлана не хотелось даже на порог впускать, а уж с ним встречаться - нет уж увольте.
- Говоришь, рядом?! Фи! Не на ту напал!
Ну вот и всё. Единственного ухажера отправила подруг завоевывать. Порой девушке казалось, что у неё психическое расстройство, и семейная жизнь не для неё. «Что ж, раз ничего не остается, кроме как страдать, то будем страдать с бокалом мартини» - подумала Кати.
 Кати не употребляла алкоголь так, как все её подруги, но иногда можно позволить себе ужин после шести вечера, ночь с незнакомым мужчиной и бокал таки злополучного мартини. Думая о своем, девушка не заметила, как прошла в ту часть танцпола, где видела  незнакомца. Образ крепко зацепился в памяти. Может хоть раз ей повезёт? И мечта станет былью? Но мечты сбываются не в ту же минуту, как о них подумали. Мечты любят, чтобы им покланялись и чтили их  необыкновенность.
О, как он красив, ладен. Как хотелось бы прижаться к его крепкому, натренированно-мускулистому телу, почувствовать себя маленькой беззащитной девочкой. Сердце, сердце, какое же ты непослушное! Как ты бешено бьешься в груди! Сидела бы ты, Кати, сейчас с тем смазливым, приторным типом, а подружки уже сочиняли бы какие-то сплетни, оплетая ваш «роман» небылицами, а ты вместо этого стоишь в конце зала и пытаешься поймать за хвост потревоженную фантазию.
- Когда ты повзрослеешь? - сама себя спросила в слух Кати и испугалась возникшему в душе чувству безысходности. Пора проветриться, может, выкурить сигаретку? Нет, даже и не стоит начинать. Всё это глупости или заезженный стереотип, что затяжка отравы помогает успокоиться. Мало того, что разнервничаешься ещё больше, так ещё и нанесёшь непоправимый ущерб здоровью.
Кати выскочила на улицу, красота ночи пленяла взгляд, манила к себе ароматами цветов, блеском далёких звёзд и чем-то загадочно-необьяснимым. Дул довольно сильный ветер, но только потому, что он был тёплым и мягким, Кати не чувствовала холода. Сама того не осознавая, она отошла очень далеко от клуба, и не заметила, как строения сменились редкими деревьями и кустарниками, и на горизонте блеснул ночной гладью какой-то водоем. Скамейка с облетевшей краской показалась из-за дерева, и Кати, не задумываясь, присела на неё. Впервые в жизни ей не хотелось суеты, не хотелось куда-то бежать, что-то делать, думать о том, как пройдет ее новый день, строить бессмысленные и невыполнимые планы. Стало так хорошо, спокойно на душе, что она закрыла глаза и наслаждалась ветром, бесцеремонно колышущим её волнистые волосы и нашёптывающим какие-то только ему ведомые тайны. Кати открыла глаза и замерла, дыхание приостановилось. Прямо перед ней стоял Он. Мужчина-красавец, мужчина- мечта. Ей не было страшно. Его грациозная фигура внушала доверие, а глаза заставляли забыть обо всём на свете.
- Привет! Как тебя зовут?
Он молчал, лишь странно смотрел на нее, взглядом заставляя чувствовать её беспомощной и одинокой. Кати моргнула, пытаясь отогнать наваждение, хотела что-то спросить, но не заметила, как Его лицо приблизилось, обдав жарким дыханием.
- Ты боишься?
Ага, ты умеешь говорить, финист, ясный сокол.
- Нет. А что, надо? Ты такой же нормальный человек, как и все, к тому же обаятельный…
Он наклонился ближе, и ей показалось, что у него сверкнули клыки, острые и безжалостные, на доли секунды разыгралось воображение. Не успела Кати осознать, что произошло, как незнакомец уже целовал ее так, как никто не делал до этого раньше, в ногах появилась слабость, голова закружилась, сердце заколотилось как ненормальное, а горло сжал спазм.
- Кати! Кати!
Какой-то голос…
- Ты удивительно красива при лунном сиянии...
- Ты уходишь. Не надо. Не оставляй меня, я даже не знаю, как тебя зовут, я…
- Мне нельзя оставаться с тобой. Мне пора. До встречи.
- Кати! Кати!
Она повернула голову на зов, а когда вновь оглянулась на то место, где ещё секунду назад стоял Он, увидела лишь колышущуюся траву. И мир потерял реальность, почва поехала из-под ног, выбивая из привычной колеи жизни... Последующие несколько часов прошли как во сне, она не поняла, о чем ее спрашивала Лора, которая выбежала на берег, не помнила, как сажала ее в машину Ада, как потом на руках ее нес верный Арти. Как он же уложил ее в кровать и заставил выпить какой-то чай. Проснулась Кати только к обеду.
- Как дела, соня? Я тут яичницу приготовил, пока ты крепко спала, будешь?
- Да! Арти, я голодная как волк. Мамонта бы съела! - улыбнулась Кати.
- Что с тобой произошло вчера, я не на шутку испугался. Ада привезла тебя в ужасном состоянии, ты не реагировала на меня. Смотрела таким странным стеклянным взглядом, что невольно мурашки пробежали по коже…
- Я не помню Арти, может, перебрала с мартини…
- Вот уж не поверю.
Придется, мой милый друг, куда тебе деваться? Не может же тебе Кати рассказать историю ее горькой судьбы, хотя и знает, что ты её поймёшь как никто другой. Она встретила свою мечту, свой идеал, к которому так давно стремилась… И потеряла… Да и был ли он на самом деле? Может, все это игра больного воображения? Призрак, заставивший учащённо биться её сердце? Может, все это - всего лишь сон.
- Что с тобой, на тебе лица нет.
- Нормально, Арти, просто мне плохо. Не восстановилась после вчерашнего. Пойду, полежу.
Закрыв за собой дверь, она упала на широкую кровать. Слёзы бурным поток хлынули из глаз… «Милый, лучший, неужели ты так просто появился в моей судьбе, чтобы насмехаться над моими чувствами? Что за повороты судьбы?» Зазвенел телефон. Кати начала рыться в сумочке, сотовый упал за подкладку, и стоило приложить немало усилий, чтобы достать его. На телефоне высветился неизвестный номер.
- Да?
- Катерина, помните меня? Это Руслан, нас Ада вчера познакомила. Не откажитесь со мной поужинать сегодня, вчера, возможно, я вас чем-то обидел, хочу загладить вину.
Ух ты, красавчик, ты не просто обидел, ты привел в действие вулкан Везувий. Ах, у тебя еще смелости хватило позвонить и пригласить на ужин? Еще не понял, что не нужен? Но так как девушка - человек крайне непостоянный и объяснить её поведение зачастую невозможно…
- Ладно. Я согласна, только предупреждаю: я не из тех, кого можно за просто так водить за нос. Я иди только потому, что дома сидеть скучно!
- Я так и не думал. Тогда я заеду за тобой в семь!
Повесил трубку. «Когда это мы перешли на Ты?» Что-то в этом парне было не так, но что именно Кати понять не смогла. Вечером, когда она была одета и собрана, оглядела свою комнату, зашла в комнату Арти, поцеловала в щеку в знак дружеской симпатии.
- Ты прям как будто на год уезжаешь!
- Нет, Арти, только на пол, - улыбнулась Кати.
Сосед по квартире залился смехом, приняв её слова за юмор, а ей почему-то было совсем не смешно. Она назло надела джинсы и короткую маячку, что еще больше подчеркивало ее привлекательность и упрямый характер. Ведь если этот тип пригласит ее в ресторан, она сможет отказаться. Да и потом, было такое ощущение, что комнату свою она не увидит очень долго, к чему бы это? Интуиция никогда не подводила её… Но стоит перестраховаться, Кати - человек по натуре очень легкий на подъем. Может и на неделю-другую исчезнуть. Только в этот раз неделей не обойдется. Вопрос стоял ребром: а вернётся ли она вообще? «Да что за мысли такие, совсем расклеилась. Если твой парень всего-навсего мечта, а не реальность, это еще не значит, что пора со всеми прощаться», - подумала Кати.
Звонок телефона. Это Руслан. Приехал, значит. Не будем заставлять человека ждать. Кати взяла с собой маленький рюкзачок, бросила туда ключи, телефон, деньги. Всё самое необходимое. Выйдя за дверь, она глубоко вздохнула, как будто на казнь собралась, что-то неотвратимо давило на неё… Если бы кто-нибудь спросил у нее, зачем она вообще куда-то идет, тем более, что ей так не спокойно, Кати не смогла бы ответить. Интуиция…
У подъезда уже стоял автомобиль Руслана, задорно подмигивая фарами. Какая-то синяя иномарка, какие в бесчисленном количестве встретишь на дорогах нашего города. Кати села в машину и, как зачарованная, смотрела на быстро пролетающие мимо дома. Руслан любил скорость, в то же время был надежным водителем. Можно было не бояться. Одиноко стоящий постамент с надписью города остался позади, уныло выплыв в ночи под светом фар. И ей было абсолютно наплевать, куда Руслан ее везет.
- Почему ты молчишь?
- А что мне сказать?
- Может, у тебя есть пожелания, куда поехать? Где мы сегодня можем провести время? - Руслан заметил, что Кати не смотрит на него. - Ау! Ты меня слышишь?
Она посмотрела на этого смешного и смазливого типа, гладко выбритого, наодеколоненного и в белой рубашке. Красавчик. Надоело. Она подумала, что никогда не встречала таких идеальных людей, но, найдя, хотела побыстрее сбежать. Это не её. За душой у него ничего нет. Только яркая оболочка. «Да что ты можешь знать про высокое чувство, кого ты в последний раз любил кроме себя?» - ей стало вдруг так грустно и одиноко, она почти вслух повторила сказанное. Хорошо, что Руслан не слышал.
- Мы приехали!
Кати отвлеклась от печальных мыслей и посмотрела через лобовое стекло. Она не сразу поняла, где находится. Деревья… Высокие, красивые, с переливающейся кроной в свете ночных фонарей. Домик. Двухэтажный, уютный.
- Как красиво… - она по натуре была сдержанной, но это великолепие требовало того, чтобы о нём сказали вслух. И, как бы в благодарность за сказанное, зашелестели деревья.
- Нравится? Пойдем, мама уже, наверное, приготовила чай!
Он сказал «мама»! Кати медленно села обратно в машину… Она просто не смогла устоять на ногах. Руслан удивлённо посмотрел на неё. Вот чего она точно не ожидала, так это знакомства с его родителями… Предложение руки и всего остального? «Я вижу его первый раз… Или нет? Что происходит?» - мысли Кати, как рой пчёл, гудели в голове. Может, все это ей просто показалось, ведь бывают просто люди, которым очень нужно знать мнение своих родителей по поводу новых друзей! Но зачем на первом свидании? Если так, то Рус еще и слюнтяй! «Вот так парня нашла, ничего не скажешь» - она по-прежнему сидела в машине, а Руслан терпеливо ждал, открыв ей дверь. Успокаивала Кати себя тем, что она ничего ему не обещала и что она - не его девушка.
Пока Кати размышляла, они подошли к дому, выбежала собака. Породистая… Кати очень любила таких вот животных: откормленных и ухоженных. Ведь невооружённым глазом было видно, что собачка посещала салон красоты не раз. С умными грустными глазами… Она подбежала к Руслану и начала виться около его ног. Он нежно потрепал за ухо своего лохматого друга, приказав не обижать Кати. «Может, он не такой уж чопорный и нудный, раз его так любит эта собака, в конце концов, животные чувствуют людей!» - радостно подумала Кати. Во дворе, около дома, был оборудован небольшой садик из роз, яблонь и смородины. Так здорово и красиво, как дома. Тут же Кати вспомнила свою маму и поняла, что соскучилась и хотела очень ее увидеть. Эта прелесть навевала на неё неизмеримую тоску, тоску… По родному дому. Веранда примыкала прямо к старинной постройке, на ней стояли качели-диван, а плющ опутал все поручни и столбы.
Руслан постучал в дубовую дверь; её открыла женщина, как говорят, в расцвете сил, среднего роста, у нее были густые русые волосы, незамысловато уложенные, и зеленые пронзительные глаза. Выглядела она лет на тридцать, но, если бы Кати знала, сколько ей лет, она бы потеряла дар речи, но, слава Богу, никто не собирался разбивать её иллюзии.
- Познакомься: это моя мама.
- Привет, Кати. Руслан много рассказывал о тебе, ты очень красивая, такая, как я и представляла со слов сына. Меня зовут Юля. Я тебя очень прошу: только не называй меня тетей!
Кати немного удивилась, когда он успел о ней рассказать? Ощущение, что без неё её женили, а точнее, обвенчали с Русланом. «Ну, Ада, подкинула ты мне парня…», - с сожалением подумала она.
- Проходите, не стойте в дверях, чувствуйте себя как дома, - улыбнулась хозяйка, - чайник уже кипит, я приготовила любимые пирожные Руслана и испекла яблочный пирог, надеюсь, Кати, тебе понравится. Я сегодня весь день кручусь: Руслан позвонил с утра и сказал, что вы приедете.
- Руслан у вас очень ответственный человек! - не сдержала своего ехидства Кати, уж очень ей всё это не нравилось.
- Да, я очень им горжусь, он еще в школе был таким, предупредительным и заботливым, - Юля, конечно, не заметила ее подколки.
Внутри дом был таким же уютным и чистым, как и снаружи. Кати сразу определила, что мебель выполнена на заказ, скорее всего, штучная работа, ведь ей нигде раньше не приходилось видеть подобное. Все вещи в комнате - недешевые и раритетные, чувствовался вкус хозяйки. Разувшись, они прошли в гостиную, там был шикарный камин, в котором горел заботливо разведённый огонь. Кати всегда мечтала о таком, представляя собственный дом. Небольшой столик был сервирован различными сладостями, пирожками, а в середине высился торт. «Торт для сыночка», - подумала Кати, заметив блеснувшую улыбку Руслана. Она села в удобное широкое кресло и расслабилась, похоже, уже ничего не могло ее испугать. Уютная атмосфера настроила её на весёлые лад, и она впервые за несколько дней почувствовала себя на своём месте. Кати даже не задумывалась, что происходит, она просто сидела и улыбалась. Пришла Юля с чаем, он пах мятой и медом, чём-то родным и далёким. Они болтали о всякой ерунде: от погоды до собак. Потом о родителях Кати, о том, сколько у нее братьев или сестер, они не знали, что их не было. Они строили догадки, а она то подтверждала их, то отрицала, о ее образовании. Потом мать показывала фотографии сына: вот он в школе, в институте и тому подобное. Кати из уважения к старшим слушала и кивала головой, где надо - улыбалась, где было необходимо - отвечала на вопросы, и не могла дождаться, когда закончится этот вечер воспоминаний. И тут, когда, наконец, пришло время прощаться, Юля как добропорядочная хозяйка предложила Кати остаться, сославшись на позднее время и опасную трассу в ночное время, как оказалось, совершенно случайно, конечно, как раз есть свободная комната. Кати сидела в замешательстве.
- Кати, ну куда вы поедете? На улице уже темно, на часах давно за полночь, оставайся, выспишься, отдохнешь, а с утра прогуляешься по нашему лесу.
»Лес? Это, конечно, заманчиво, но…» - Кати вздохнула.
- Хорошо, я останусь.
Она приняла решение, которое навсегда изменило её жизнь.
Утро выдалось на редкость прекрасное. Кати проснулась очень рано, почти с первыми петухами, ей даже послышалось «ку-ка-ре-ку» совсем неподалёку. Стараясь не шуметь, она стала тихонечко выбираться из комнаты, чтобы, спустившись на цыпочках на первый этаж, обнаружить, что она не одна ранняя пташка в доме. Все давно пили чай с баранками. Кати усадили за стол, угостили свежим, только что сваренным кофе и горячими жирными сырниками. Кати это напомнило бабушку, то, как она пятилетним ребенком ездила на летние каникулы в деревню и гоняла гусей. Каким же она была сорванцом, сколько раз в кровь разбивала коленки, догоняя мальчишек... Напротив бабушкиного дома росло огромное тутовое дерево, и вместе с соседскими маленькими «чертиками» она лазила на самую верхушку, чтобы вернуться домой счастливыми объевшимися грязными «свинками». Да, её ругали. но ничего не могли поделать… Как давно это было… Теперь она выросла, изменилась, а бабушки не было в живых. Все это просто сон, сладкий сон…
На кухню зашел Руслан в домашнем махровом халате. Сходство с медведем ему добавляло запанное выражение лица. Смутился и, пожелав доброго утра, быстро ушел. Кати было смешно наблюдать трансформацию недавнего «мачо» в скромнягу, застеснявшегося своего нелепого домашнего вида.
Кати встала изо стола и направилась к выходу.
- Ты куда? - Юля  подошла вплотную.
- В лес. Вы так меня вчера заинтриговали, что держаться нет больше сил, - Кати невольно процитировала фразу знаменитого советского мультика.
- Может, подождешь Руслана, в лесу могут быть змеи! - как-то настойчиво глядя в глаза, задумчиво произнесла его мать.
- Я с пяти лет умею ориентироваться в лесу. Не беспокойтесь! Со змеями у меня свой договор, - Кати улыбнулась Юле. -  Я пойду, не волнуйтесь, через час-другой я вернусь.
- Ну, как скажешь, - Юля одарила девушку ослепляющей американской улыбкой и, наконец, отпустила её локоть. Кати чувствовала, как пульсирует кровь в этом месте. «И с чего вдруг такое беспокойство за взрослого человека? Да, тем более, за ту, кого она едва знает… - с негодованием думала про себя Кати. - Не хватало, чтобы еще чужая мама меня учила».
Лес был необычайно по-летнему красив. В каждом времени года есть своя прелесть, просто не каждый её замечает. Кати, хоть и приглядывалась к природе, будучи девчонкой, теперь замечала любое изменение в ней. Молодые сосенки стремились к солнышку, вытягивая свои послушные и гибкие смолянистые стволы, птички весело щебетали, радуясь наступающему дню… Только изредка доносилось недовольное карканье ворон, что не могло испортить хорошего настроения Кати. Девушка не могла обращать свое внимание на такие мелочи жизни, как комары. Да и, тем более, им было, видно, не до неё. Не заметила она и то, что воробьи небольшой стаей перелетали с ветки на ветку вслед за ней. А в траве полевые мышки пересекали ей дорогу. Природа исподтишка наблюдала за ней.
Тропинка вывела Кати на поляну, где цвели одуванчики, их жёлтые головки наклонились в её сторону, а свет пробивался сквозь ветви дальних деревьев, словно в одном из многочисленных фантастических фильмов. Возможно, все было бы хорошо, если бы она повернула в этот момент обратно, как и хотела - интуиция настойчиво звала её - но… Её внимание привлекло странное движение за деревом, какая-то тень мелькнула вон за соседней сосной… Кати пошла вперёд тихо, пытаясь не шуметь… Какого было её удивление, когда, обойдя дерево, она увидела…
- Привет!
Она затаила дыхание. Не может быть. Она спит. «Разбудите меня», - она прошептала, но видение не растаяло, более того, начало с ней разговаривать…
- Здравствуй. Ты что, за мной следишь?
- Я живу неподалеку. Я хотел извиниться, за тот вечер в клубе. Я не хотел м-м-м…
- Ладно, забудь, я и не обратила внимания даже, знаешь ли, у меня много поклонников, я тебя перепутала…
«Господи, что я несу, какие еще поклонники?» - Кати в ужасе замолчала…
Его руки потянулись к ней, заключили в крепкие тёплые объятия, так кстати этим прохладным и сырым от росы утром…
Как же он ее любит. Можно рискнуть своей жизнью еще сотню раз, лишь бы ещё раз увидеть эту улыбку на её прекрасном лице. Этот молодой парень знает цену вечной жизни, и пусть он лучше умрет на её руках, чем проживет еще столетие без любви.
- Слушай и молчи. Я вампир. Меня зовут Арс. Я знаю, что ты мне не поверишь, но я люблю тебя, знаю давно, где ты живешь. Мне непросто сказать тебе это, но… Ты была моей жертвой и стала моей судьбой. Я никому не дам тебя в обиду, не брошу тебя. Я буду защищать тебя. Всегда…
Он прижал Кати еще крепче, уткнулся лицом в её волосы, вдыхая запах ее тела, будто прощаясь с ней, пытаясь навсегда сохранить в памяти эту улыбку, этот образ… Как ему хотелось любить, ласкать, целовать Кати, не выпускать её их своих объятий… Может, в последний раз он видит ее, в последний раз желает ее, в последний раз обнимает. Стук сердца в висках и быстро растущие клыки. Совладать с собой становится так сложно с каждым разом, он все больше начинает походить на монстра. Кати тоже не так проста на вид. Она ненамеренно высасывает из него силы, качает его энергию как насос… «Что это может быть? А если она все и так знала, и это просто коварный план, вдруг она ничем не лучше охотников?» -  быстрым движением Арс отстранил девушку, заглянул в её мокрые от слез глаза. В них он увидел то, что навеки развеяло все его подозрения.
- Я буду любить тебя вечность, благо, она мне гарантирована. Милая моя, прости, что я такой. Будь моя воля, я бы, я бы…
Предательские слезы навернулись на глаза. Но он не будет, не имеет права реветь как девчонка, любовь делает слабым, а он хочет казаться сильным рядом с этим чудом… Он должен, просто обязан оградить ее от всех напастей. Сберечь этот оставшийся у него шанс на спасение уже проклятой души. Сотни лет вампир убивал, сотни лет отнимал любовь у тех, кто так и не дождался мужа домой, у тех, кто так и остался стоять под проливным дождем с вялыми цветами, не понимая, что сделал не так, не зная, что любимая не дошла, просто стала чьим-то обедом. Арс готов поплатиться, готов умереть, лишь бы она была жива.
- Не уходи, - слова давались так тяжело, куда-то пропал голос, - я не смогу жить без тебя. Мне кажется, я знаю тебя целую вечность, ждала тебя несколько жизней. Твое лицо… Ты преследовал меня во снах…
- Кати, ты где? - Руслан звал её.
Крик мужчины заставил обернуться девушку на секунду… Обернувшись, она никого не увидела… Неужели это… Сладкий сон?
Прошедший непонятно как день не представлял собой особой важности: Юля прощалась с Кати, зачем-то целуя ее в щеку как давно знакомая подруга. Пес лизнул девушке нос, показывая своё доброе отношение к ней, а экономка стояла на пороге и просто смотрела. В сердце поселилось ощущение, что это всё наиграно как в мыльной опере. Безусловно, актёры были на высшем уровне… Но это актёры… Она не рассказала им про вампира - да и с какой стати она им должна чего-то докладывать - хотя, по правде говоря, девушка сама не знала, реально ли он был или просто плод воображения. Сон?
Собрав свой маленький рюкзачок и поблагодарив за гостеприимство, Кати села в машину Руслана.
- Ну что, поехали?
- Да, мне так не терпится обратно домой! Как же я соскучилась! - Кати и предположить не могла, что это останется лишь мечтой.
Машина уезжала, оставляя за собой облака пыли. Юля с экономкой, стоя на веранде, провожали взглядом удаляющуюся точку и вели странный разговор, который - хорошо или плохо: с какой стороны посмотреть - не услышала Кати.
- Ты думаешь, он уже клюнул на приманку?
- Да. Руслан заметил сегодня его тень в лесу. На этот раз мы его достанем. Я не позволю зверю разгуливать на свободе, тем более, что на кону такие деньги. После сегодняшней вылазки, он будет слаб. Посреди дня появиться на нашей территории - какая наглость для вампира. Да, он не умрет, но силенок у него поубавилось. Хороша девчонка. Давно не видела такого анти.
- Анти? Как она… Она? Но они же вымерли несколько сотен назад, или я ошибаюсь?
- Мы все ошибались Римма, все, - Юля с превосходством знатока посмотрела на экономку.
- Раз так, то она окажет нам хорошую «услугу», даже не подозревая об этом.
- Да, ты права. Знаешь, только одно огорчает мою душу…
- Что?
- Мы утеряли все данные о людях анти, я точно не знаю, что же такое они делают с вампирами, что те теряют мощь… Но уверена, что это принесёт ему боль, - ехидная улыбка и злой взгляд.
Вот так рушатся мифы о том, что хорошие хозяйки - добрые в душе.
***
В маленькой квартирке было как всегда тихо. Стояла огромная двуспальная кровать, застеленная темным шелковым покрывалом, края которого окаймлял какой-то старинный узор. В комнате царил мрак, лишь блики луны отражались в хрустальной вазе на подоконнике. Открылась балконная дверь, в проем скользнула тень, но приостановилась, запутавшись в занавеске.
«Когда-нибудь я ее сожгу и буду долго плясать на обугленных остатках», - ненавистно подумал Арс. Он был настолько слаб, что только через пару минут почувствовал присутствие другого в комнате.
- Где ты был днем? Ты что, хочешь подохнуть?
- Слушай, Каин, не начинай. И вообще, смени, наконец, имя. Уже двадцать первый век за окном. Нормальные люди давно сменили имидж, - пространственно произнёс Арс.
- И не подумаю. Мне, знаешь ли, воспоминания душу греют.
- ДУШУ? Ты где её приобрел? Покажи, мне тоже хочется, - съязвил хозяин. - Ладно, чего хотел? Такие, как ты, просто так не приходят.
- Как недружелюбно. А где же стаканчик крови и долгие объятия? Ладно, не обеднею. Мой отец ждет тебя на праздник.
- С чего такие почести? Не припомню, чтобы за последние двести лет вы прониклись ко мне любовью.
- Нам, не имеющим за плечами души - или где она там находится - не известны такие чувства, как любовь, нежность. Но известны статус и уважение, честь. Ты знаешь, я не питаю к тебе ласковых чувств, - Каин улыбнулся, показывая большие клыки, - но твой древний род надо уважать, нас становится всё меньше и меньше, к тому же отец хочет поговорить с тобой. Так что я официально тебя приглашаю и настоятельно предупреждаю, что, если ты не появишься на празднике, ты усугубишь и без того твое ужасное положение. Ты знаешь, что о тебе думают все вампиры. Твоему папаше не следовало любить человека.
Такой наглости Арс не мог стерпеть. Зубы быстро увеличились, глаза налились кровью, схватив с пояса кинжал, он за долю секунды оказался рядом с обидчиком. Лезвие опасно щекотало шею.
- Аккуратней, Каин, рука может дрогнуть.
- И ты аккуратней, Арс, - хладнокровно произнёс нарушитель спокойствия, - убив меня, ты попадешь под гнев вампиров. У тебя не будет больше защиты, и, несмотря на всю твою уникальность, ты вряд ли долго проживешь.
- Ты мне не угрожай. Со смертью я давно на Ты. Я приду, передай отцу.
Он осторожно отнял руку с кинжалом от горла Каина. Когда-нибудь этот недомерок поплатится за свое поведение, но не сегодня. Арс слишком устал и вымотан. Стоит ли начинать сейчас заранее проигранную битву?
- А что за праздник?
- Отец решил жениться. Ну, по всем нашим правилам. И знаешь, - Каин приблизился и шепнул на ухо, - на твоей матери. Ну всё, засиделся что-то я. Увидимся на вечеринке.
Он вышел на балкон и мгновенно исчез в лунном свете. Вампиры могли передвигаться быстро, а так называемая элита имела и магические знания. Давно устоявшиеся законы не позволяли вампирам низшей касты даже притрагиваться к тайным знаниям. Власть дает силу.
Кем был Арс? Он сын брата-короля от простой человеческой женщины, изгой, не такой, как все эти звери. Он чувствует, он любит. А мать… Что мать? После смерти отца, она потеряла остатки человечности и попросилась к вампирам. Да и она всё равно бы не выжила в этой стае. И, конечно же, отец Каина «помог».
- Будь ты проклят, - еле дыша, выдавил из себя Арс, - будь ты проклят, дядя. Ты решил добить меня этой женитьбой, боишься, что отниму твою власть? И правильно. Но не переживай, она на самом деле, мне не нужна, но я приду на праздник, чтобы повидать мать и заглянуть в ее глаза.
Ноги подкосились, и его тело упало на кровать, не осталось сил. Веки становились всё тяжелее, в ушах стоял гул, затылок стал свинцовым. Она так легко высосала его силы… Всего лишь минутное прикосновение, и он еле живой…  «Как это происходит, неужели анти… Нет, не может быть». Но думать об этом больше он не мог. Он погрузился в сон, долгий и нескончаемый кошмар.
***
Дорога скрывалась под колёсами автомобиля. Так много времени в машине она еще не проводила, это бесконечное движение… Поворот за поворотом, длинное прямое шоссе… В никуда. На улице стемнело, и на трассе включили фонари. Кати мечтала. О том, как вновь увидит его, во сне или наяву, все равно. Лишь бы снова заглянуть в эти бездонные завораживающие глаза… Снова очутиться в его объятиях.
…Там, в мечтах, они гуляли по паркам, аллеям, взявшись за руки, улыбаясь друг другу. Они ели мороженное и сладкую вату, катаясь на каруселях… Как дети…
Радио вещало песню Стинга «Rise & fall», музыка разливалась по салону подобно меду, заполняя сознание вязким, тягучим и сладким ощущением нежности. Глядя в окно и видя быстро пролетающие деревья и фонарные столбы, девушке захотелось взлететь. Прыгнуть с крыши многоэтажки, раскинув руки и расправив крылья… Как хочется сказки, как хочется иметь за спиной настоящие крыль[

[Unra]

Вычитала про пустой пост, может прокатит?

[Unra]

Как хочется сказки, как хочется иметь за спиной настоящие крылья, пушистые, лёгкие, осознавая, что они - часть твоего тела. Такие огромные и нежные, чтобы можно было обхватить ими себя, создав что-то наподобие кокона, и вновь взмахнуть, услышать, как разлетается в разные стороны опавшая с деревьев листва. Прочувствовать каждое перышко.
И как всегда не вовремя голос Руслана вернул Кати в реальность.
- Вот мы приехали. Сейчас покормлю тебя и отвезу домой.
 «Опять какое-то кафе. Неужели, это будет длиться вечность? - лениво подумала Кати, всё ещё приходя в себя. - Какое у него название? А, в принципе, все равно». И почему так всегда происходит, когда очень хочется домой, ты никак не можешь туда попасть? Девушке было все равно, куда и зачем ведет ее Руслан, она лишь отметила про себя, что он чем-то расстроен. Помещение кафе находилось в подвале: несколько уютных столиков, несколько высоких стульев непонятного цвета окружали большую барную стойку. Вокруг царил полумрак. Пара посетителей, сидевших за крайним столиком, о чем-то очень бурно спорили. Кати машинально всмотрелась в их лица, отчего пара поёжилась. Они показались ей очень знакомыми, но где она могла их видеть, девушка не помнила. Наверное, в одном из многочисленных клубов, а, может, просто все ей казались на одно лицо. Почти все. Руслан подошёл к столику и отодвинул стул, чтобы усадить свою недавнюю гостью, только вот Кати не хотела подчиняться заведённым правилам. Не замечая его стараний, она прошла к бару и уселась за один из немногих высоких «табуретов». Молодому качку не оставалось ничего, кроме как подойти и устроиться рядом. «Какая же она своенравная… Ничего, недолго ей осталось выделываться», - думал горе-ухажер.
- Ты что будешь?
- Мартини с вишневым соком и льдом. Руслан, ты знаешь, я девушка нескромная, люблю напрямую спрашивать. Ты зачем меня с мамой знакомил? Или у нас завтра свадьба?
- Да, если не возражаешь!
Новоявленная невеста подавилась мартини, незамедлительно после её просьбы поданный барменом. Она внимательно посмотрела ему в глаза, пытаясь там разглядеть шутливое выражение, но… Руслан был серьёзен как никогда.
- Слушай, если ты шутишь, то нужно хоть интонацию менять.
- А я и не шучу. Я долго искал такую, как ты. Я знаю, что это странно, но ты мне предназначена судьбой.
- Да ты что… Поглядите на него! Предназначена судьбой, - передразнила Кати. - Я тебя всего лишь второй день знаю…
- А я подожду. Я докажу тебе, что я лучший, и больше ты никого не найдешь.
- Я уже нашла, и знаешь, именно за него я выйду замуж! Он чуткий, нежный. И он не напыщенный павлин… Не то, что некоторые… - она поняла, что переборщила, надо извиниться…
«А я не буду. Почему это этот индюк распоряжается мной как вещью? Кто он мне такой, что я должна сидеть здесь с ним рядом? Больше я не останусь с ним!» И не медля, Кати соскочила со стула, зашагала к выходу. Двое мужчин, сидевших за столиком, позвали официанта, чтобы расплатиться за ужин; одев пиджаки, они направились к выходу. Но Руслан коротким приказом вернул их за столик и сел с ними.
- Оставьте ее. Она скоро найдет нашего зверя. А лишняя слежка спугнет его.
«А когда все закончится, ты станешь моей как миленькая. Мы переловим этих гадов, всех до единого», - Руслан потёр руки.
Серые пиджаки сели, они будут ждать, следуя приказу. Руслан поднял руку, подзывая официанта, ему нужно хорошо подкрепиться перед охотой, поспать, бессонная ночь дает о себе знать.
Выскочив на улицу, Кати запоздало поняла, что идти ей некуда. Она даже не знает, где находится, что это за район. Прижав к себе рюкзачок со всем содержимым, девушка побрела вперед. Квартал за кварталом… Поворот за поворотом…  Она пыталась понять, куда идти. Не хотелось себе признаваться, но она заблудилась.
«Дура гордая, зачем павлином его обзывала? Он домой хотя бы довез. Запросто бы отделалась от него, и не от таких отбивалась… И что мне теперь делать?».

[Unra]

Мысленно ругая себя, девушка не заметила, как дома кончились, и ее взору предстал какой-то сквер. Сколько прошло времени, она не знала, может час, а может три. Но на улице стало совсем темно. Единственный фонарь освещал кусочек асфальта со скамейкой, но она прошла мимо него, даже не оглянувшись. Она брела по темному скверу. Девушка шла почти на ощупь, приходилось напрягать зрение, чтобы не споткнуться о корни деревьев, которые росли по всему скверу и скрывали лик луны на небе.
За спиной зашуршал куст, сердце екнуло, а в горле пересохло, не хватало еще маньяков! Силой заставив себя обернуться, Кати увидела ежика.
- Как же ты меня напугал. Не делай так больше, ведь можно и заикой остаться на всю жизнь, - она присела и дала понюхать зверьку руку.
Мокренький нос, быстро шевелясь, обшарил всю поверхность ладони и не найдя ничего сладкого или съедобного, громко фыркнул. Ежик отвернулся и, быстро перебирая маленькими лапками, побежал обратно в куст. Кати встала с корточек и вернулась обратно на дорожку; пройдя достаточно большое расстояние, она замерла как вкопанная. Прямо перед ней на огромном пустыре, освещаемом лунным светом, было кладбище.
Что-то явно было не так, но что именно, никак не получалось определить. В другой день любительница ежиков даже не подошла бы близко к месту покоя умерших, но сейчас была ночь, её никуда было идти, а события, произошедшие за последние пару суток, совершенно выбили её из колеи. Любопытство повело ее прямиком через погост. И тут Кати поняла, что же было не так в этим богом забытом месте: повсюду высились скульптуры и усыпальницы, в России нет таких кладбищ, а если и есть, то она никогда не видела. Страх отступил, на смену ему пришел интерес.
Она гуляла между могилами и недоумевала, кто может быть похоронен в таком месте, ясно было одно, что простым людям со средним заработком это явно не по карману. Черная тень мелькнула за спиной, потом сбоку, казалось, будто тени везде. Стало страшно и холодно, рука нашарила перцовый баллончик где-то на дне рюкзака, вряд ли он поможет, но шанс есть.
- Эй, хватит! Слышите? Я вижу вас, выходите! Что вам от меня надо? У меня ничего нет!
- У тебя есть кровь.
Трое вышли из-за памятника. Они подходили быстро и тихо, словно во сне, Кати даже показалось - а, может, так и было - что они облизывались.
Черные фигуры были закутаны по уши во что-то, напоминавшее плащи. Выйдя из тени на лунный свет, молодые люди показались Кати очень красивыми, несмотря на весь ужас ситуации. У того, кто был впереди и, скорее всего, являлся главарём этой «стаи», были русые волосы, красивые тонкие черты лица и… Нехорошая ухмылка.
Другие двое были похожи друг на друга, наверное, братья, светлые волосы лежали, окаймляя лицо и скрывая выпирающие скулы, даже стояли они как-то одинаково. С виду обычные люди, только что-то было в них отталкивающее и вызывало отвращение, даже несмотря на всю их мужскую привлекательность, а красоту Кати умела ценить.
- Ребята, посмотрите, какая красотка. Она поистине превратит наш праздник в фейерверк эмоций. Может, я уговорю отца, и, если ты мне понравишься, он сделает тебя нашей, а там посмотрим на твоё поведение, - обратился к жертве тот, кто стоял первым. - Парни, даже не заглядывайтесь, это моя добыча.
Гнев заполнил все уголки души, внутри что-то оборвалось, в глазах стало темнеть…
- Да как вы все смеете мной распоряжаться, - заорала Кати. За прошедший день это было последняя капля. - Ты пожалеешь, что не остался сегодня дома, папенькин сынок.
Зачем-то она развела руки в стороны; сама не осознавая, как у нее это получается, образовала в руках маленький сияющий шарик. Он переливался всеми цветами радуги, оставаясь, на вид, очень лёгким. Девушка подняла глаза на главаря и увидела странные темные волны, исходящие от его фигуры - учёные назвали бы это аурой, но Кати это не волновало - черные разводы впитывались в тело, было так хорошо, каждый кусочек ее существа наливался силой, такой фантастически огромной. По мере того, как Кати насыщалась, парень иссыхал на глазах. Руки сами плели невероятные узоры, заставляя увеличиваться и сиять ярче шар, от него исходил жар, запахло серой.
- Каин, что с тобой?
- Дураки, хватайте ее, хватайте быстрей, - он орал на них изо всех оставшихся сил. Пусть ему сейчас очень плохо, но, если он принесет такую добычу отцу живой… Кати ничего не замечала, она потеряла контроль над окружающим миром, над временем, она почувствовала силу на вкус, в душе как будто скрипнула потайная дверь, так долго остававшаяся закрытой; осознание, кто она и что собой представляет, нахлынуло волной. Все больше и больше всплывали отрывки давно забытого детства, и какой-то непонятный дядя, склонившийся над кроваткой годовалого ребенка.
Тупая боль в затылке, последние отрывки воспоминаний и одна противная мысль о конце ее непродолжительной жизни.
- Еле успел, - парень кинул на землю камень, - Что это, Каин? Откуда она?
- Это, ребятки, то, за что мой отец погладит нас всех по головке. Вяжите ее покрепче, и я вас настоятельно прошу, не трогайте её. Если, конечно, не хотите закончить свою жизнь быстро и без боли. Хотя нет, посмотрю я на вас, когда вы будете корчиться, - Каин захохотал. - Ёе кровь отравлена. Всё, пора на праздник.
Каин встал с земли и, шатаясь, побрел в сторону сквера. Многовато силенок потерял, придется хорошо подкрепиться перед вечеринкой.
«Кровушка, кровушка… Где, вы, ужин мой, я хочу кушать. Жаль, опять не в рифму».

[Unra]

***
Легкий ветерок шевелил занавески, наполняя помещение свежестью и ароматом листвы. Закат разливался по небу. Пели соловьи; их голоса, звеня и переливаясь, достигали самых скрытых уголков души, вызывая сладостные и светлые образы. День подходил к концу, а ночь вступала в силу, выбрасывая в загостившийся вечер свои щупальца, посягая на то, что, по мнению тьмы-красавицы, было истинно её.
…В квартире царила мертвая тишина: ни звука, ни шороха. Арс давно проснулся, вот только не было сил на какое-либо движение. Он чувствовал себя так разбито, будто бы им позавтракали его соплеменники, зачем-то оставив в живых.
«Давай, тряпка, соберись. Скоро праздник, не надо обижать дядю.
Потихоньку открываем глаза…» Веки поддались, зрачок, на миг сузившись, вновь увеличился. Арс смотрел в потолок, но вместо побелки видел девушку, она улыбалась ему, с нежностью смотря с недосягаемой высоты. Грусть тут же невидимыми пальцами сжала сердце, не позволяя здраво мыслить и рассуждать. Все его мысли были обращены к этому существу, к его богине… Прошло довольно много времени, прежде чем огромным усилием воли он поднял себя с кровати и направился в душ. Стянув одежду и встав в ванну, повернул вентиль крана и долго мучил мышцы холодной водой, приводя тело в тонус. Он не замечал холода, давно привыкнув ко всему, именно такая вода способствовала снятию напряжения и расслаблению. Она стекала ручейками вниз, между лопатками, «обжигающие» струйки заставляли вернуться обратно в реальность. Завершив водные процедуры, он пошел на кухню и поставил чайник. Это только в сказках вампиры питаются людьми на завтрак, обед и ужин и не пьют чай, однако сказкам не было места в реальном мире, их вытеснила действительность. Да, ему нужна кровь, это единственный «продукт», который давал ему жизнь, тем более, сейчас, когда он так вымотан. И, что бы он не делал, прожить без неё нельзя. Да, солнечный свет убивал вампира, вот только он - наполовину человек, и эта его часть спокойно переносила солнечные лучи в течение двух часов, вторая половина давала ему отменное зрение и быстроту, а также магические силы, о которых не знал никто. Он тщательно скрывал их.
Годами изучая книгу отца, которую тот успел передать, находясь при смерти, он совершенствовался в заклинаниях с каждым десятилетием, изобретая новые - а, может, открывая старые, он не знал - и составлял план отмщения; мечтал о том, как собственноручно отрубит голову дяде фамильным мечом. Картина «Страшного Суда» не раз представала перед его глазами.
Погруженный в свои не очень веселые мысли, Арс прошел на кухню. Из старого ящика, висевшего на стене, достал красивую жестяную банку с крупнолистовым, пахнущим брусникой и мятой, чаем. Две ложки на заварник вполне хватит для хорошего темного чая. Как он любил этот аромат и вкус свежесваренного горячего напитка… 
Он «видел» её, держащую в руках этот отвар, и себя, подающего вкусное инжирное варенье в разрисованных пиалах… Каждый вечер… Он носил бы ее на руках все время, укрывал бы одеялом, исполнял бы любой каприз.
«Как же я раньше жил, не зная, что такое бывает. Не зная, что на свете есть чувство более сильное, чем жажда крови и смерти. Я ведь мог лишить другого жизни лишь за то, что ему было дано чувство любви, а мне нет. Что ж, пришло время расплатиться по счетам». Тяжело для существа, давно продавшему душу, вновь учиться любить.
Закончив с чаепитием, Арс надел черную облегающую футболку, расшитую кельтским узором на спине черными атласными нитками, в тон ей штаны из дорогой неизвестной ткани, лёгкую короткую весенне-осеннюю куртку, обрамленную пушистым чёрно-белым мехом, завершающую имидж.
Причесав непослушные после душа волосы, он вышел на балкон. Огромная луна лениво смотрела на землю, освещая каждый темный угол улицы, подавляя волю, вызывая даже в нормальных людях какие-то непонятные звериные желания, стоило ли говорить о тех, кто были наполовину животными. Вампир смотрел темными глазами на светящийся шар, впитывал каждый лучик, - этим луна ничем не отличалась от солнца - заряжаясь энергией, теряя последнее, что роднило его с человеком. Шаг - он на поручне, прыжок – на крыше, он любил силу, уважал и слушал ее. Ещё в детстве отец открыл ему тайну, помог понять то, что было написано их предками, то, что веками они собирали по крупице… Знания.

[Unra]

Арс пользовался ими, привнося что-то новое, отрабатывая приемы. Он спешил на праздник, не зная, что там, в фамильном здании, в подвале, в беспамятстве держали любимую, самую дорогую девушку. Незримая нить уже соединила их души, навсегда связав их, заставляя Арса гнать себя быстрее и быстрее, давая каждой мышце нагрузку, ощущая приятную, слаженную работу организма.
Очень скоро он появится на пиршестве в честь их свадьбы и заглянет в глаза матери, увидит в них тоску и бесконечную любовь к ребенку… Он спасет ее, вырвет из лап дяди, он обязательно найдет способ вернуть человека, вырастившего вампира. Возможно, еще есть время. Секреты, скрывающиеся в книге, наконец-то откроют ему все тайны… Пришло время…
…Зал был полон. Всевозможные династии и семьи, замысловато переплетающиеся, одиночки и «звери». Весь «свет» кровавой тьмы собрался в просторном помещении, освещаемом сотнями хрустальных люстр. Паркет блестел, натертый воском, длинные столы, тянувшиеся вдоль стен, были усеяны бокалами с красной жидкостью – вампиры праздновали! Особый ажиотаж вызывало недавнее нововведение – многие приходили с живыми людьми, впавшими в транс, и в конце, а может, и в середине вечеринки становившимися ужином.
- Пришел-таки! И как тебе у нас, не правда ли отец устроил шикарный пир?!
- Каин, ты меня когда-нибудь оставишь в покое? Я пришел отдать должное королю от имени моего отца и нашего рода.
- Да ты что! Арс, а я, дурак, думал, ты по мне соскучился. Жаль, а мне так с тобой хотелось поделиться своей трапезой, но ты слишком неуважителен.
Иди к отцу, он ждет тебя в своем кабинете. Что же,- Каин сделал красивый поклон – прошу на праздник.
Пройдя через весь зал, вампир-изгой вошёл в длинный, хорошо освещаемый коридор с многочисленными мозаичными окнами; впереди был кабинет, тот самый, в который он так долго пытался прорваться, вот, наверное, единственный шанс отомстить за смерть отца. Быстрым натренированным движением проверил кинжал – скрыт; уже виднелась дубовая дверь, за которой мерно горели свечи, и сидел тот ненавистный, всегда нелюбимый и подлый дядя. Шаг, еще и еще, стук в дверь, голос, сказавший, что можно входить, и рука, готовая в любой момент выхватить холодное оружие.
- Здравствуй, племянник. Где ты пропадал, мать волновалась, ждала.
Нет, только не это. В удобных креслах сидели двое. Дядя и мать. Она не изменилась, все такая же хрупкая, красивая, отождествление благородства и честности. Черные как смоль волосы ниспадали с плеч, вот только глаза потеряли остатки человечности… Нет, ее не спасти. Не придумали такого еще заклинания, возвращающего любовь к жизни.
- Здравствуй, дядя… И мама. Шикарный пир, вся элита здесь.
- Спасибо. Я потратил много времени для того, чтобы всё это организовать… Ну, сам понимаешь, ведь когда-то и твой отец устраивал такие же приемы, нельзя было упасть в грязь лицом, - жестокая улыбка на лице. - Ты думал, что я слеп? Мальчик мой, я стар, но не маразматичен, я знаю про твое желание отомстить мне, и я не могу тебе позволить мешать моему существованию. Взять.
Три тени окружили Арса, отсекая все пути к отступлению, оглушили.
- Мальчики, ведите его в камеру к анти. Пора проверить теорию на практике, надо найти возможность использовать ее силу нам на пользу.

[Unra]

***
Арс очнулся в камере, походившей на клетку для попугаев: она стояла посередине огромного подвального помещения, вокруг железных прутьев, стены были сделаны из материала, очень похожего на стекло, так что тысячи глаз сейчас смотрели на него по ту сторону прозрачной завесы. Мерно горели свечи в серебряных подсвечниках: они чудесным образом крепились к зеркалам, бесчисленными подобиями отражаясь в них. В этом был весь король, все предусмотрел: и стальные прутья, и серебряные подсвечники, и зеркала - весь этот набор мешал вампиру сосредоточиться, понемножку обессиливая его, вытягивая жизнь.
Какой-то шорох заставил Арса резко повернуть голову, боль врезалась в виски тупым ножом, напоминая о прискорбной и безысходной ситуации. Он еще не восстановился после Кати, а тут это серебро…
«Чёрт, да что б вам… Тихо, тихо встаем…». Собрав последние капли своей былой мощи, вампир поднялся, держась обеими руками за голову, заставляя сфокусировать взгляд: какое-то существо сидело в дальнем углу «клетки», опустив голову на колени...
Она сидела на корточках, прижавшись спиной к холодной стали, уставившись в одну точку; из глаз текли слезы, а облегающая маечка, подчеркивающая все ее достоинства, была запачкана кровью. Арс узнал её.
- Сволочи, что вы с ней сделали? - он обессилено крикнул, но ответом ему стала лишь тишина. - Слушай внимательно дядя, я убью тебя, а потом спалю всё твое жилье и твоих детей не пожалею. Я расплачусь за смерть моего отца, будь уверен, пока я жив, пока я дышу… С каждым вздохом я буду мстить, и твои прислужники меня не остановят.
- Зато она лишит тебя жизни намного быстрей моих сторожевых псов, - дикий хохот сотни голосов разлился по помещению, врезаясь в память, вызывая головную боль. Он упал на одно колено, и не было сил подняться, голова стала чугунной, невидимый груз давил на плечи, тело теряло жизненную энергию.
Он не сразу услышал слабый голос, зовущий его из темноты, не сразу почувствовал ее прикосновения. Кати склонилась над любимым и раз за разом повторяла его имя, пытаясь вернуть в сознание, вновь увидеть его полный разума взгляд. Она заметила, как тьма смыкает свои объятия вокруг них, пытаясь пробить ее инстинктивную защиту. Сама того не осознавая, Кати стала мысленно отдавать свою силу ему, заставляя свет сочиться из груди, оплетая его коконом, проникая в его карму, меняя цвет окружающего пространства.
Боль отпустила, он снова видел всё вокруг и даже немного больше, чем раньше. Поднял голову и еле успел подхватить уже падавшую Кати - она смотрела на него, еле шевеля губами, не переставая повторять его имя, ее рука упала, ударившись о камень, тело было словно кукольное, безвольная марионетка в его руках. Вампир крепко обнял ее, одинокая скупая слеза скатилась по щеке.
- Прости меня, что втянул тебя во всё это. Лучше бы я никогда не появлялся в твоей жизни, - он убрал прядь темных волос, налипших на  красивый высокий лоб девушки, которую он так любил. Он вечно сидел бы на коленях, держа еле живую Кати на руках, если бы не вспомнил одно очень старинное заклинание. Ощущая огромную магическую силу - давно он не чувствовал такого насыщения - вампир начал плести паутину заклинания: быстро произносил давно забытые слова, вытягивая из окружающего пространства сияющие нити и соединяя их вокруг себя и любимой в только ему известный узел. «Быстрее, надо читать быстрее… Не ошибиться бы…» - вертелось у него в голове.
Там, за зеркальной пеленой, вся элита вампирского сообщества стояла в недоумении. Король же не мог ничего поделать: он знал, что сейчас эти двое исчезнут, он давно уже не видел, чтобы у кого-то была такая же мощная магия, и не мог сообразить, что противопоставить племяннику. Его мысли судорожно искали оправдание тому, что происходило в «клетке».
Тем временем золотая паутина вокруг них разрасталась, заполняя пробелы между нитями, и, образовав шарообразную «капсулу», начала сужаться…
…Когда они исчезли, в воздухе летали золотые хлопья, они таяли, потихоньку опускаясь на каменный пол.
Ошарашенный король стоял, отрешенно смотря внутрь камеры, пытаясь найти какое-то логическое объяснение всему тому, что только произошло у него на глазах. Он даже представить не мог, что этот вампир сбежит у него прямо из-под носа.
- Отец, отец нас нашли! Да очнись, ты, - Каин тряс старого вампира, который никак не мог прийти в себя. - Отец, они убьют нас, надо бежать, спасаться! Бежать! Там… - он не успел договорить, как в подвал ворвались трое в черных масках, один из них нацелил винтовку прямо в сердце не кстати задумавшегося вампира. Серебряная пуля не знает жалости, неуловимое движение курка - и вот уже король вампиров рухнул на пол, изо рта струйкой потекла черная кровь. Каин стоял и смотрел на пустые руки: только что он держал отца за плечи, а потом он исчез. Да вампиры умели двигаться очень быстро, так что их движение не мог уловить человеческий глаз…
…Для охотников ночка была плодотворной, перестреляв большую часть вампиров, они так и не смогли найти того, за кем охотились, зато увеличили свою «зарплату» почти в пять раз. А там, внутри «клетки», где-то на дне рюкзачка мигал красным огоньком датчик, который помог им найти вампиров.

[Unra]

Ночь. Небо завораживающе сияет звездами, словно подмигивая в темноте случайным путникам. В глухом лесу стоит тишина, слышно лишь, как гудят деревья, переговариваясь друг с другом на своем непонятном никому языке. Ветер играет листвой…
… Арс, еле переставляя ноги, плетется по чащобе, неся на руках возлюбленную. Он промахнулся, хотел появиться в доме, но оказался на другом конце леса. Кати не подавала признаков жизни, ее рука безвольно свисала, кукольно дергаясь при каждом шаге вампира.
- Еще чуть-чуть, потерпи, скоро мы придем. Скоро, любовь моя, скоро…
 Из-за деревьев появился одиноко стоящий домик, он смотрелся дико посередине глухого леса... Здесь их никто не найдет, он сможет ее защитить. Это строение некогда принадлежало его отцу, тот в свою очередь передал его Арсу, никто из вампиров не знал о его существовании, даже мать. Этот домик передавался по мужской линии…
Арс с ноги открыл дверь - она отлетела, громко ударившись о стенку.
Поднявшись на второй этаж, вампир нашел кровать и положил на нее Кати: она лихорадила, бредила, всё ещё шепча его имя. У него не было сил, он рухнул на колени перед кроватью, опустив голову. Предстояла тяжелая ночь, в эту ночь его любимая будет решать: жить ей или оставить его так же, как и сделали все, кто был ему очень дорог.
- Нет, не трогайте его, нет… Отойдите… Оставьте… Я… Я… Люблю… -Кати била дрожь.
Превозмогая боль и усталость, Арс поднялся с колен и пошел на первый этаж. В этом доме осталось все, как он и запомнил с детства, его прятали здесь от вампирского общества, оберегали, боялись, что он пойдет по стопам отца. Ни единый луч света не проникал в дом, но он и на ощупь смог бы определить, где кухня, гостиная и истинно русская печка, совсем не вписывающаяся в понимание вампирского тайного места. Электричества, конечно, не было, какое еще электричество несколько веков назад, когда был построен дом?
Арс закрыл дверь, прошел на кухню и обыскал все помещение в поисках того, чем можно добыть огонь.
Папа расстроился бы, узнав, что все его усилия пошли прахом после его смерти - жажда крови не оставит маленького мальчика…
… Вот малыш бежит и открывает дверь в подвал, где висят окорока, и лежит сырое мясо, он с почти звериной жадностью раздирает руками большие куски мяса и жует их, пытаясь высосать последние капли крови. Няня хватает брыкающегося мальчика и закрывает в комнате; там он должен перебороть своё желание, что бы через пару дней выйти с трезвым взглядом красных глаз…
Видение нахлынуло так четко, что Арс трясет головой, отгоняя давно забытое прошлое. Он нашел подсвечник: в нем стояли черные свечи, только он не мог себе представить, как их зажечь. Арс вспомнил одно заклятие. Он начал читать, быстрее и быстрее, как его учил отец… Хлопок, и одна свеча зажглась.
За «тайней вечерней вампиров» стоял глубокий колодец, там всегда скапливалась родниковая вода, обжигающе холодная и такая чистая… Вампир набрал ведро; руки не хотели слушаться хозяина, пальцы еле держали эту проклятую вещь. Арс направился к дому быстрым размеренным шагом, чтобы не разлить ни капли, не потерять спасительную влагу… Кати лежит на кровати и погибает, а он даже не в состоянии добраться до двери, шаг, еще и еще, быстрее… Почти бегом… Наконец, он внутри, тащит ведро на второй этаж, там же находит старый таз... На подоконнике стоит подсвечник с одиноко догорающей свечой, когда он принес его - не помнил, от усталости в голове все путалось, его мысли назвать реальными было нельзя - он не отличал действительность от вымысла. Уже на автомате он промыл таз и прополоскал тряпку, вылив грязь в окно. Сев на кровать рядом с Кати, он начал раздевать ее, борясь с желанием не то укусить, не то заняться с ней любовью, он сам не мог дать себе отчет в том, что именно ему нужно сейчас, ее кровь или ее тело. Кати только стонала, когда он ее переворачивал: ей было невыносимо плохо, она боролась за свою жизнь… Свеча трещала, создавая сполохи пламени, Арс закусил губу так сильно, что потекла кровь, ее нагое тело было прекрасно, он даже зажмурил глаза, слушая биение сердца и считая до десяти, чтобы успокоиться. Все же совладав с собой, он взял тряпку и, обмакивая в ледяную воду, начал массировать тело девушки, любуясь изгибом талии, бледной красотой длинных ног, обтирая лицо, грудь… Если бы кто-то спросил бы, чего это ему стоило,  он без запинок ответил бы: «Полжизни», и что он готов потратить ещё столько же лишь за желание обладать ею, смотреть на нее такую нагую… Он долго протирал ее родниковой водой, то переворачивая на живот и промывая каждый сантиметр спины, то возвращая в исходное положение и закусывая свою губу вновь и вновь, до тех пор пока любимая перестала стонать; нежно укрыл ее одеялом и, наконец, услышав мерное дыхание, выскочил на улицу, обдав себя дождевой водой из бочки.

[Unra]

Ему немного полегчало; он сел на крыльцо и тут вдруг вспомнил про тайник - он сидел прямо на нём - нажал на доску второй ступеньки, достал из под нее железную коробочку, в которой одиноко лежала маленькая самодельная сигарета, скрученная из газетки. Внутри - он точно помнил - был хороший выдержанный табак его отца, рядом лежали каминные спички. «Вот дурак, я совсем забыл про них, перерыл всю кухню»…
… Лет десять назад он скрывался ото всех и притащил тогда с собой этот коробок, спрятав на крайний случай. Он до сих пор помнил запах сигарет отца, когда тот позволял посидеть у него на коленках…
Спички отсырели и не хотели зажигаться, но вампир был настойчив в своём стремлении добыть огонь, и, наконец, одна из них поддалась. Арс вдохнул едкий горький дым, наполнивший его легкие. Он заставлял себя думать о цветочках, а не о том, что там наверху лежит девушка всей его жизни, да еще и голая. Где-то поблизости он услышал знакомый вой, и из-за деревьев вышел бурый волк. Тот остановился в паре шагов от него.
- Друг, давно тебя не видел, прости, что меня так долго не было…
Зверь подошел, стал обнюхивать знакомую руку, из-за острых клыков появился кроваво-красный язык; он лизнул указательный палец, признав старшего и более сильного, чем он. Волк взглянул на вампира, сверкнув только им понятным огнем звериных глаз и убежал; он вернется завтра днем, зная, что вампир принесёт угощение.
А на небе, всё так же маня, сверкали звезды, всем своим немым видом показывая, что есть вещи куда более загадочные и никому неизвестные.

[Unra]

***

Кати проснулась утром, когда одинокий лучик солнца пробивался сквозь зашторенное окно её комнаты. Она не помнила ничего после того, как в камере отдала последние силы любимому. И вдруг девушка рывком села на кровати… «Опять мне все привиделось, хотя… А где моя одежда, где, собственно, я нахожусь?». Тело ныло от боли, отзываясь эхом в каждой мышце, мир уплывал куда-то вдаль, пол и потолок путались местами. Девушка снова легла и закрыла глаза. Вскоре она заснула, измотанная своей первой попыткой встать с кровати.
После этого Кати проснулась только вечером. Девушка вдохнула полной грудью свежий воздух, наполнивший комнату из открытого кем-то окна - она точно помнила, что ещё утром оно было закрыто. Сейчас мысли в голове не путались, и она оглянулась; цепкий взгляд подмечал всё особенности окружающего её пространства, каждый уголок плохо освещённой комнаты. К сожалению, в помещении не было ничего удивительного, что приковало бы её взгляд, кроме огромного старинного зеркала в стальной узорной оправе и огромной кровати, на которой она и спала. Ложе было вырезано из темного дуба, ангелочки украшали это массивное и добротно выполненное сооружение. Огромные пуховые подушки не утратили белоснежного цвета, такие же были и простыня с пододеяльником. А окно обрамляли огромные массивные шторы из какой-то натуральной ткани цвета слоновой кости, они собирались складками, скроенные на старый манер, и были привязаны  к стене шелковыми веревками, заканчивающимися кистями, еле умещающимися в ладони. У девушки было ощущение, что она будто перенеслась на несколько веков назад...
…Кати опустила босые ноги на пол, и тут же чуть не завизжала от восторга, заметив, наконец, лежащее на кровати платье красивого персикового цвета - такое носили дамы высших сословий века пятнадцатого-шестнадцатого. Короткие рукава оканчивались красивыми накрахмаленными рюшами, вырез на груди тоже обрамлялся вышивками, на талии был огромный атласный бант розового цвета. Быстро надев платье, она посмотрела в зеркало и ахнула - на нее, хлопая ресницами, смотрела какая-то принцесса с распущенными волосами и необыкновенно большими и красивыми глазами.
Около кровати стояли в тон платью сатиновые туфельки, сверкая какими-то камнями на маленьких бантиках. Она даже не удивилась, что размер оказался именно её.
Спустившись на первый этаж, девушка на цыпочках подошла к приоткрытой двери, потихонечку приоткрывая её, чтобы в дом стал просачиваться воздух и яркий солнечный свет уходящего за горизонт светила. В небе разливалось красное марево, одинокие овечки-облака бежали куда-то вперед, направляясь к своему, никому не известному «загону». В глазах потемнело от непривычно яркого света, на миг Кати прикрыла глаза и замерла как вкопанная: там, посреди деревьев, мелькали две фигуры, кружащие в непонятном танце; из-за старинной сосны то появлялся, то вновь исчезал темный пушистый хвост, острые уши и страшная клыкастая морда волка, из открытой пасти свисал язык - видно было, что зверь устал. Зверь жалобно скулил и одновременно рычал, то прыгая, то отскакивая, а то и вовсе падая на спину и показывая поджарый живот. Напротив, подражая волчьим манерам, бегал ее любимый. Как маленький ребенок Арс носился рядом с волком то падая на землю, то наступая на него и без страха играя и хватая за морду рукой бурого зверя.
Темные волосы развевались на ветру при беге, вампир всем телом навалился на своего противника, волк изворачивался и кусал за руки, но не позволяя себе поранить друга - сегодня они охотились вместе, как и много лет назад ему досталась пара тушек пойманных зайцев.
Заходя снова на определенный маневр, зверь вдруг остановился и посмотрел на Кати немигающим взглядом, не понимая еще, как относиться к этой новенькой. Арс, тяжело дыша, проследил направление взгляда мохнатого друга: там, в проеме двери, стояла его мать... Вампир потряс головой, и наваждение скрылось, показав истинную картину происходящего: его любимая проснулась и это она, такая красивая и так напоминающая дорогого человека, стоит напротив него. Мужчина попрощался со зверем и потихоньку направился к дому; поправив растрепавшиеся волосы и восстановив дыхание, он поднялся по ступенькам, остановившись около Катерины.
- Привет.
- Привет…
Не надо было больше слов, не надо было объяснений, они понимали друг друга с полувзгляда…. Он притянул ее к себе и поцеловал, совсем так же, как и тогда, в первый раз, около водоема. Его рука ласкала лицо нежными прикосновениями - он любовался ей - давая понять, что она в безопасности рядом с ним.
- Как ты себя чувствуешь? - он смотрел ей в глаза, целовал в лоб, проверяя температуру маминым способом, а ветер всё так же волнами гулял по траве, игриво поднимая подол платья, разбрасывая непослушные волосы по лицу. Они попадали в глаза и рот, но Кати было всё равно.
- Хорошо, - она смотрела в его глаза не отрываясь, а солнце последними лучами хваталось за небосвод, стараясь остаться еще на полминуты, золотыми красками играя на её щеке.
- Ты ослабла, пойдем, я накормлю…

[Unra]

***
- Еще секунду, посмотри как красиво, как хорошо! - Кати подняла голову вверх, пытаясь почувствовать тепло лучей, порывы ветра, ей захотелось взлететь… Кричали чайки, значит, где-то поблизости водоем; огромное красно-желтое облако растянулось во всю ширь летнего неба, еле охватываемое взглядом и принимая причудливые очертания. Так они и стояли, чем-то похожие и в то же время разные половины одного целого, в этом бесконечно многогранном мире две души нашли друг друга, им повезло, фортуна повернула свою колесницу удачи в их сторону, давая шанс и возможность, которыми они собиралась, несомненно, воспользоваться.
Он обнимал ее за плечи, прижимая к себе и чувствуя учащённое биение сердца, прикрывал глаза, глядя на необыкновенно яркий переливчатый закат. Впервые в жизни ей было так хорошо, тепло и уютно, она чувствовала себя в безопасности в его руках; обняв за талию, она положила свою голову ему на плечо… Ей не хотелось в чём-либо разбираться, куда-то бежать… Всё прошло, всё забылось, всё пропало, нет ничего и никого, только Арс, дом и закат…
А там, где-то в глубине леса, волк облизывал визжащих детёнышей; его волчица преданно лежала около, учащённо дыша и высунув язык наружу, хоть чем-то помогая горячему телу под тёплой шкурой… Она раздирала на маленькие кусочки принесенную тушу зайца, малыши еще не знали, что такое мясо, и настало время дать попробовать им «настоящей» еды… Уши «мужа» настороженно повернулись - он прислушивался к шорохам леса, ощущая непонятную волну энергии, исходящую от его друга. Волк слишком привык к волне, источающей грусть и одиночество, а теперь радость заполнила весь лес, меняя настроение тварей, обитающих поблизости с домом; он принюхался и фыркнул, впервые за свою длинную жизнь он не сидел там, рядом с другом… Его место заняла Кати…
…Ночь постепенно вытеснила последние лучи уходящего солнца, поздний вечер ушёл, оставив на прощание духоту, поднимающуюся от остывающей земли. В доме горели свечи, разгоняя темноту своим светом; за большим старинным деревянным столом сидели двое, флиртуя и разговаривая о всяких мелочах. На белой красивой узорчатой скатерти стояли два хрустальных бокала на высоких ножках, доверху наполненные красным полусладким вином; его терпкий вкус и живительное тепло разливались по телу. С зайцем было покончено - никогда прежде Кати не ела с такой жадностью, еле удерживаясь, чтобы не глотать непрожеванные куски; Арс смотрел на нее и улыбался, он сегодня впервые почувствовал небольшой человеческий голод, теперь роль анти ему становилась более отчётливой: они могли поменять вампира, если хотели, превратить обратно в человека, но это были лишь догадки или мечты - Арс ещё не отдавал себе отчёта в этом - он молчал и улыбался, пока от зайца не остались одни косточки. Они наслаждались уже второй бутылкой бургундского из старинных запасов его отца, прекрасно сохранившихся в погребе.
- Ты знаешь, я никогда не думала о том, что повстречаю вампира, я считала это бредом, больной фантазией писателей, а ты и вправду существуешь... Ой, я представляю, как скажу своей маме: а ты знаешь, я тут замуж собралась… Да, мама, он хороший, добрый… Нет, мама, он вампир… - хмельная и веселая Кати щебетала все, что приходило на ум - она знала, что впервые в жизни никто ее не осудит и не поругает.
Арс смотрел на любимую и поддавался ее огромному неуемному веселью; в полумраке она становилась еще привлекательней и сексуальней, было невозможно не раздевать ее глазами - к счастью или к сожалению, Кати этого не замечала. Он глотнул вина, этот напиток не действовал так сильно на вампиров, как на людей, но с молодым мужчиной в последние время творились странные вещи: он стал Чувствовать жизнь и потихоньку Осознавать присутствие в его доме еще кого-то кроме тоски. Это - совершенно неугомонная, взбалмошная и веселая девушка…
Кати попыталась встать со стула и чуть не упала на пол - алкоголь давал о себе знать - если бы Арс не подхватил ее, то она давно лежала бы ничком на старинном паркете: она была как раз на той стадии опьянения, когда всё вокруг кажется чудным и веселым, когда ты уже «хороший», хоть и немного выпил. Она смеялась в его объятиях и смотрела ему в глаза и млела, когда он убирал непослушные пряди с ее лица, целовал в губы.
- Я люблю тебя! - Кати схватилась обеими руками за его лицо. - Не отпускай меня, ладно? Не отпускай…

[Unra]

***
- Я не буду… Просто не смогу! Ты мой воздух, ты живёшь во мне… В моём сердце!
Он подхватил девушку на руки и понес на второй этаж - пора было ложиться спать. Пока Арс нес ее по ступенькам, она как маленький ребенок болтала ногами, громко смеясь и пытаясь щекотать вампира, чем значительно усложняла ему дорогу. Но он лишь улыбался - ах, сколько нежности было в этих глазах - чувствуя прикосновения ее рук.
- Слушай, как с тобой справлялся отец? Ты такая непоседа!
- Я не помню, милый, - девушка перестала делать вид, что вырывается, и схватилась руками за шею Арса. Ей вдруг стало так грустно, так захотелось увидеть маму с папой, что слёзы навернулись на её глаза: - А можно мы как-нибудь навестим моих родителей? Я так скучаю.
- Прости, милая, ты знаешь, что сейчас это практически невозможно. Ну не грусти, я даю слово, что я разберусь с охотниками, и мы сможем жить спокойно, как все, так сказать, нормальные люди.
- Обещаешь?
- Да.
В спальне было темно, где-то в углу стрекотал сверчок, но Арс точно знал, где стоит кровать - на нее падал приглушенный лунный свет из открытого окна. Он посадил девушку на край кровати.
- Спи, - он поцеловал ее в лоб.
Но Кати совсем не хотелось спать и видеть сны одной. Да, она была пьяна, но не настолько чтобы, сидя в кровати, отпустить того, кого она так долго искала, бессонными ночами звала. Кати прекрасно знала, что он не тронет ее, не позволит себе, и поэтому его надо было немного подтолкнуть.
- Арс, я такая неуклюжая, помоги мне снять платье, там сзади столько завязок. Я не помню, как у меня получилось с утра… - она мило улыбалась, всем своим видом показывая невинность своей просьбы.
Он кивнул головой и, обойдя кровать, начал развязывать корсет платья… Ещё и ещё… Когда последние завязки отпустили туго стягиваемую талию, Кати встала и повернулась лицом к любимому. Ее туфельки уже давно лежали около кровати, отчего стоять на полу босиком было холодно. Только девушке было все равно - сейчас для неё существовал только Он… Она медленно стягивала с себя платье, под которым совершенно не было белья…
Арс сглотнул - он был ошарашен и хлопал глазами, борясь с желанием протереть их и понять, что ему все просто кажется.
- Ты, наверное, пьяна… Я пойду вниз, - сказал он, уже подняв ногу, чтобы сделать шаг по направлению к двери.
- Нет. Я, конечно, выпила, но не настолько потеряла рассудок, что не могу себе отдавать отчет о своих действиях. В чем дело, я тебя не привлекаю?
- Ты что?! Ты очень привлекательна, но я не хочу пользоваться твоей «веселостью».
- А вот я буду её использовать! - она, хитро улыбаясь, села на кровать и на четвереньках подползла к сидящему вампиру, на миг остановилась будто в нерешительности, посмотрела в его глаза, лучащиеся любовью, и начала стягивать с него майку, попутно целуя его в губы - нежно, ласково, но ненастойчиво, давая ему право взять инициативу в свои руки. Не удержавшись, она упала обратно на кровать.
Мягкая ткань, обхватив её нагое тело, подчеркнула идеальную фигуру девушку, при этом закрыв интересные места и давая волю фантазии. Она беззвучно смеялась, и Арс поддался ее веселости, наклонился… Схватив левой рукой за талию, он подтянул девушку к себе, накрыв ее тело своим, горячим и пахнущим почему-то морем и немного вином.
Опираясь на локоть - отчего на руке отчётливо проступили накачанные мышцы - второй рукой он ласкал ее, приводя в экстаз и невозможное возбуждение.
Неизвестно, сколько прошло времени, но одежда давно была разбросана по полу - больше ничего не сковывало их движения, а лунный свет накрывал тела влюбленных молочным покрывалом. Он любил ее до изнеможения, до того, как она уже чуть ли не умоляла его о минуте отдыха, и в то же время девушка вновь притягивала его к себе, не позволяя остановиться. Она хваталась руками за плечи, царапала ногтями бледную кожу и говорила о том, что никогда не бросит его…

[Unra]

В предрассветный час особенно тихо, лишь отдалённые отголоски давно проснувшихся птиц слышны совсем близко с домом, кажется, будто эти милые пташки специально пытаются разбудить спящих гостей. Заря еще не занялась, но небо заметно светлеет, а яркие звезды выключают свой огонь, отправляясь в свои неземные колыбельки. В комнате Арс давно не спал, наслаждаясь прекрасным видом: там перед ним, на кровати, лежала любимая. Она перевернулась на бок, прижимая правой рукой край одеяла к своей груди и обхватив его с другой стороны ногами. Оно помогало скрывать все прелести девушки, открывая однако приятный глазу вид упругих ягодиц. Кати неслышно дышала, видя какие-то прекрасные сны, а ее избранный гладил ее по голове.
Одной рукой он подпирал свою голову, каштановые волосы свисали непослушными прядями, тем самым попадая в глаза. От очередного прикосновения девушка вздохнула и открыла глаза, она беспомощно озиралась, не в силах понять, что происходит вокруг. Вернувшиеся зрение выхватило из полутемноты фигуру любимого. Красивые глаза сверкали в темноте озорными огоньками, а обнаженные бедра были так же укрыты одеялом.
- А что, вампиры не спят по ночам?
Он пожал плечами, но спохватившись, что в данный момент это движение, скорей всего, будет незаметно, ответил:
- Почему же… Спят… Ты много читала сказок, в настоящей жизни все совсем по-другому, да и потом я уже и не уверен, что я вампир, по крайней мере, полностью!
Где-то в лесу протяжно завыл волк, предупреждая Арса об опасности. Вампир подскочил - не к добру кричит друг, кто-то чужой появился на территории. Спрыгнув с кровати, он прильнул к окну, не заметив, что одеяло осталось на кровати, а Кати открытыми от удивления глазами смотрела на голого мужчину у окна. Прекрасный вид натренированного тела напомнил ей о чудесном времени, проведённом в постели, так что ей очень захотелось вернуть его вновь, однако что-то в его поведении насторожило девушку и заставило внимательнее прислушаться к доносившимся крикам с улицы. Она села и посмотрела на любимого.
- Что случилось?
- Ничего хорошего. Одевайся, там, на стуле, твои вещи, я их утром постирал.
Покидать такой уютный домик совсем не хотелось, но раз вампир говорит, что надо бежать, значит, надо собираться и как можно быстрее. Натянув маячку и чуть не плюхнувшись на пол, запутавшись в джинсах, она вдруг услышала знакомый голос.
- Выходи, убийца… Я отомщу тебе за отца, выходи, Арс, я - сын короля, Каин вызываю тебя по всем правилам на битву. Сволочь, это ты привел их к нам.
Мужчина стоял у окна и смотрел на улицу, там его враг, вздумавший отомстить, ощерился словно зверь, нисколько не стесняясь вида обнаженной девушки - зрение позволяло разглядеть её до мелочей. Длинный меч сверкал в лунном свете, эфес и рукоять оружия были инкрустированы настоящими камнями, показывая чопорную красоту высоких сословий. Бессмысленная война и такая же гордость над свои «успехом»: многочисленными жертвами - людьми, вампирами, животными. Когда это было? Очень давно, но оружие осталось как напоминание, как якорь давно прошедших кровопролитных войн.
Арс натянул одежду и заглянул под кровать - большая длинная коробка была вытащена на лунный свет. Толстый слой пыли привольно расположился прямо на крышке; осторожно открыв, вампир, наконец, заглянул в нее и увидел то, что, собственно, и хотел в данный момент: старый тяжелый папин меч. Он был намного проще, чем у Каина, но и удары, нанесённые им, получались более смертоносными, так что было небольшое преимущество перед противником, и это не могло не радовать. Он все так же зол на ту проигранную войну, когда Арс исчез у него прямо из-под носа. «Прошу, старый друг, не подведи», - молил вампир, надо было вспомнить все, чему маленького мальчика учил отец, всё, чему он тренировался после его смерти… «Отомстить», – единственная мысль в голове.
- Милый, милый, ты чего? Ты же не пойдешь туда к нему, ты же не оставишь меня вновь?
Он поднял голову, посмотрел отсутствующим взглядом на любимую. Глаза налились кровью, а клыки давно перестали быть человеческими. Она светилась перед ним непонятным ярким светом, режущим звериные глаза и затмевающим разум.
- Уходи через заднюю дверь и убегай… Далеко. Там есть незаметная тропинка, пройдешь по ней и дойдешь до озера - там дождись меня!
- Нет, я… Не пойду! Я не хочу тебя потерять!
- Послушай меня, - клыки мешали произносить слова четко, получалось шипение, - я приду, я не оставлю тебя никогда больше! Теперь не оставлю… Я люблю тебя, - он опустил голову и произнес эти слова тихо, так, чтобы не потерять ни одного, пытаясь в последний раз насладиться ее красотой.
- Ты заснул там что ли? – возмущенный крик и приближающиеся шаги. – Если ты сейчас не выйдешь, я спалю твою хибару!
Арс быстрым шагами спустился на первый этаж, рывком на себя открыв дверь. Он отвлечет двоюродного братца, пока она не выйдет и не исчезнет из поля досягаемости, она должна спастись. Ради него…
- Зачем же ты так кричишь, я тебя слышу! Или тебе так не терпится умереть, братец? – из-за давящей злости слова давались тяжело.
- Ой, и от кого же я слышу эти слова? И зачем ты достал папину цацку? Смотри, порежешься!

[Unra]

Гнев застилал глаза, хотелось отомстить за все эти года, прожитые в постоянных муках и жажде крови, за то, как погиб его отец от рук этих шестерок короля. Сегодня на заре нового и яркого дня решится участь одного из молодых вампиров. Потерявшие отцов, последние в своем диком и богатом сословии они сходились друг к другу медленно; огонь в глазах подтверждал их самые серьезные намерения - один из них в живых не останется. «Спокойно, надо взять себя в руки. Как учил отец: только с холодным разумом и четким расчетом можно победить…» - как клятву мысленно повторял себе Арс. Ближе… Еще ближе, тяжелый меч тянул вниз, мышцы с непривычки болели. Взмах – удар, снова подъём руки – вновь нападение, и нет места отступлению... Сегодня брат идет против брата, из-за давно канущей в лету зависти и злобы их отцов. Кому нужны эти жертвы - было совершенно неясно, уже не было короля, не было его свиты – охотники постарались. Осталась лишь малая горстка отродья, представляющая теперь вампирское общество, зачем этим двум кружиться в танце смерти и ради чего? Удар – блок, подсечка – мимо. Тяжеловато, тело отвыкло, мечи уже не порхали, они неслись друг другу на встречу с огромным усилием. И не было бреши в такой умелой защите противника, хорошо учат при дворе. Хорошо учили бы и его, Арса, изгнанника, но сила тогда еще что-то значила, и король был сильнее отца. Сталь билась о сталь, два сердца стучали в унисон и две души чернели местью. Взмах - и боль в левом плече.
- Ты начинаешь сдавать братец, не так ли?
Каин злорадствовал. А кровь, тем временем, давно потекла ручейком вниз по руке, палая багровыми каплями на землю. На плече появился порез. «Больно… И вправду начинаю сдавать…» - пронеслась мимолетная мысль, однако она была тут же заткнута в самый дальний угол. Расслаблены колени, устойчивая поза, помогающая удержать равновесие, левая рука вытянута вперед, придерживая за острие меч. Вздох, снова и снова… И сердце вновь хладнокровно стучит. Глаза в глаза, друг против друга, и нет больше жалости и страха, нет свидетелей, и лишь восходящие солнце наблюдало за поединком. Каин забыл… Забыл все, чему его учили вампиры, разве может он противостоять солнцу? Однако жажда мести подчиняет и влечёт не только людей, не признавая и не замечая преград. Арсу было наплевать на солнце - хотя долгое время он всё ещё не мог на нём находиться, он давно был неполнокровным вампиром, а вот Каин… Каин стал меняться в лице, с каждым новым лучом, с каждой минутой.
- Ты забыл братец, не так ли? - спросил изгнанный из рода. Только ему никто не ответил, там, на земле, корчился бывший сын короля и наследник престола, солнечные лучи испепеляли почти голубую кожу. Немой крик застыл на лице, еще минута, еще миг, и от двоюродного брата не осталось ничего кроме пепла. Ветер понес серую массу «снежинок» в сторону победителя, однако не было радости и удовлетворения на лице его. Не было счастья и ощущения сладостной завершенности или наслаждения от мести, он не сам убил его, и это немного радовало. Любовь изменила душу, совсем по-другому стал смотреть он на прежде такие великие мечты.
А она подошла сзади и закрыла ему глаза руками - конечно, Кати не смогла убежать, оставить его - она осторожно пряталась в кустах, собираясь при каждом неудачном повороте любимого выбежать и прикрыть его собой. Кровь перестала течь, засыхая, и майка прилипла к телу, вызывая неприятные ощущения.
Своей левой рукой он взял ладонь любимой и поцеловал прямо в ямочку.
- Нам надо уходить отсюда, если он нашел нас, значит, и охотники смогут, - предположение было основано на горьком опыте и тысяче лет скитаний.
- Хорошо, тебе лучше знать, мне все равно… Я пойду за тобой туда, куда ты позовешь.
Он слушал милые сердцу слова, чувствовал тепло ее тела и знал силу ее любви. Да и сомнений не было, и недоверия, они понимали друг друга c полуслова. Повернувшись к дому, он влетел в него как ветер и собрал на дорогу немного еды и воды, вновь положил за спину под ремень кортик и оглядел ему такой родной и в то же время ненавистный дом.
- Прощай, - сказал он в пустоту, - прощай старая жизнь, время начать все сначала, не так ли?
С кем разговаривал вампир, с домом? Или с собой? Или с прожитыми днями в мучениях? Возможно, он говорил это просто от сердца, которое вновь стало биться, превращаясь в человеческое. А время, тем не менее, уходило, и надо было покидать тайное убежище. Без сожаления и грусти он вышел на улицу, где до конца вошедшее в силу солнце освещало мир, в котором они были вместе и навсегда. И только там, на втором этаже, лежал одиноко брошенный меч отца, теперь он навеки забыт и оставлен, как и всё, что связывала Арса с ним: месть, жажда крови и мир без любви.
Они давно ушли, а вечером дом уже обыскивали охотники… Из проема показался Руслан. Один парнишка - похоже, лет ему было не так много, как всем остальным - в черной маске и камуфляжной одежде, поверх которой был надет бронезащитный жилет, быстрыми чеканными словами отрапортовал о том, что здание абсолютно чисто, следы присутствия есть, но куда они могли уйти - неизвестно. Руслан злился - мать его не похвалит за хорошую работу, он упустил главную цель. Он лишь ненавидящим взглядом зыркнул на паренька и приказал прочесать лес вокруг. Однако он знал, что ему это не поможет…

[Unra]

…По пустынной дороге куда-то к горизонту брели двое. У мужчины в руках была небольшая плотная сумка, набитая чем-то, судя по всему, не очень тяжелым. Волосы развевались на ветру, и пыль давно поселилась в неугомонных прядях, от чего получеловек был похож на седого старика. Она прикрывала лицо руками и еле поспевала за ним. На голове - хвост, стиранная маячка вновь была черна от грязи, а джинсы подвернуты до колен - жарко... Ему же было все равно: весь в черном, с израненным плечом и гнетущим взглядом он пытался оторваться от преследователей, вот только до города было далеко, а они так устали! Вот и трасса - в такое ранее утро не было машин, люди отдыхали на дачах и домах: выходные только вступили в силу. Две-три пролетающих мимо иномарки просто не брали этих странных людей в качестве пассажиров. Еще и еще одна… Арс уже злился по-настоящему. Кати смотрела на него, мило смеясь, а вампир, поддаваясь ее настроению, уже в который раз за это время напомнил ей, чтобы она над ним не издевалась. Вместо ответа она просто подошла к краю трассы и вытянула руку… О да, даже в таком виде она была неотразима…
Пролетающая мимо машина вроде бы в начале и не остановилась, но только метров за десять притормозила у обочины. Кати бегом подскочила к двери с опущенным стеклом и, что-то быстро сказав, позвала вампира к себе, тот, не довольный удачей своей любимой, тихо подошел и сел внутрь. И только когда иномарочка тронулась, сердце смогло ненадолго успокоиться; теперь у них хоть есть время, и они смогут оторваться от преследователей.
Спустя час с небольшим они, наконец, въехали в город, водитель - большой плотный дядька, каким-то чудом умещавшийся в маленькой «Ауди» - даже не стал брать деньги за проезд и высадил их рядом с квартирой Кати. Она видела свет на кухне: Арти был дома, и почти бегом помчалась к подъезду - она так соскучилась по нему, что пролетала то две, то три ступеньки за раз.
Арс, оглянувшись и проверив двор, поспешил в подъезд, догнал девушку и встал, ожидая, как кто-то откроет дверь. Ключи Катерины остались в рюкзачке, а этот «дорогой» предмет был благополучно забыт в клетке. А братик, по всей видимости, как всегда спал... Но девушка настойчиво звонит в дверь… Вот, наконец, шаркающие шаги и открывающаяся дверь. Кати с визгами бросается на шею молодому человеку немного повыше Арса.
- Ты чего кричишь, я же сплю еще! - пробормотал не вовремя разбуженный. Потом глаза скользнули по ней и вдруг, посмотрев на пол, заметили мужские ботинки; медленно, словно в очередном боевике, Артур оглядел нового ухажера, прищурившись, он сморозил что-то вроде «очень рад видеть», хотя понять было невозможно. Он был недоволен: во-первых, она измазала его новую чистую домашнюю майку, во-вторых, где она пропадала около недели, и, в-третьих, что это за странный субъект непонятной наружности сопровождал ее - последнее было сказано на ушко, только откуда было Арти знать, что мужчина - не совсем человек и может слышать лучше собаки?
Ну ты и нашла себе, сестренка! - проворчал он; больше нечего было добавить. Они покинули квартиру часов в пять вечера, вызвали такси и скрылись в дверях аэропорта. А там железные птицы взлетали прямо в объятия неба и навстречу ветру. Они были уже далеко, когда в квартире Арти раздался звонок, и тип непонятной наружности, тыкающий ему в лицо какими-то документами, расспрашивал, были ли здесь Кати с Арсом. Сонный и злой брат ответил какую-то стандартную фразу и закрыл дверь.