|
Unra
|
***
Легкий ветерок шевелил занавески, наполняя помещение свежестью и ароматом листвы. Закат разливался по небу. Пели соловьи; их голоса, звеня и переливаясь, достигали самых скрытых уголков души, вызывая сладостные и светлые образы. День подходил к концу, а ночь вступала в силу, выбрасывая в загостившийся вечер свои щупальца, посягая на то, что, по мнению тьмы-красавицы, было истинно её.
…В квартире царила мертвая тишина: ни звука, ни шороха. Арс давно проснулся, вот только не было сил на какое-либо движение. Он чувствовал себя так разбито, будто бы им позавтракали его соплеменники, зачем-то оставив в живых.
«Давай, тряпка, соберись. Скоро праздник, не надо обижать дядю.
Потихоньку открываем глаза…» Веки поддались, зрачок, на миг сузившись, вновь увеличился. Арс смотрел в потолок, но вместо побелки видел девушку, она улыбалась ему, с нежностью смотря с недосягаемой высоты. Грусть тут же невидимыми пальцами сжала сердце, не позволяя здраво мыслить и рассуждать. Все его мысли были обращены к этому существу, к его богине… Прошло довольно много времени, прежде чем огромным усилием воли он поднял себя с кровати и направился в душ. Стянув одежду и встав в ванну, повернул вентиль крана и долго мучил мышцы холодной водой, приводя тело в тонус. Он не замечал холода, давно привыкнув ко всему, именно такая вода способствовала снятию напряжения и расслаблению. Она стекала ручейками вниз, между лопатками, «обжигающие» струйки заставляли вернуться обратно в реальность. Завершив водные процедуры, он пошел на кухню и поставил чайник. Это только в сказках вампиры питаются людьми на завтрак, обед и ужин и не пьют чай, однако сказкам не было места в реальном мире, их вытеснила действительность. Да, ему нужна кровь, это единственный «продукт», который давал ему жизнь, тем более, сейчас, когда он так вымотан. И, что бы он не делал, прожить без неё нельзя. Да, солнечный свет убивал вампира, вот только он - наполовину человек, и эта его часть спокойно переносила солнечные лучи в течение двух часов, вторая половина давала ему отменное зрение и быстроту, а также магические силы, о которых не знал никто. Он тщательно скрывал их.
Годами изучая книгу отца, которую тот успел передать, находясь при смерти, он совершенствовался в заклинаниях с каждым десятилетием, изобретая новые - а, может, открывая старые, он не знал - и составлял план отмщения; мечтал о том, как собственноручно отрубит голову дяде фамильным мечом. Картина «Страшного Суда» не раз представала перед его глазами.
Погруженный в свои не очень веселые мысли, Арс прошел на кухню. Из старого ящика, висевшего на стене, достал красивую жестяную банку с крупнолистовым, пахнущим брусникой и мятой, чаем. Две ложки на заварник вполне хватит для хорошего темного чая. Как он любил этот аромат и вкус свежесваренного горячего напитка…
Он «видел» её, держащую в руках этот отвар, и себя, подающего вкусное инжирное варенье в разрисованных пиалах… Каждый вечер… Он носил бы ее на руках все время, укрывал бы одеялом, исполнял бы любой каприз.
«Как же я раньше жил, не зная, что такое бывает. Не зная, что на свете есть чувство более сильное, чем жажда крови и смерти. Я ведь мог лишить другого жизни лишь за то, что ему было дано чувство любви, а мне нет. Что ж, пришло время расплатиться по счетам». Тяжело для существа, давно продавшему душу, вновь учиться любить.
Закончив с чаепитием, Арс надел черную облегающую футболку, расшитую кельтским узором на спине черными атласными нитками, в тон ей штаны из дорогой неизвестной ткани, лёгкую короткую весенне-осеннюю куртку, обрамленную пушистым чёрно-белым мехом, завершающую имидж.
Причесав непослушные после душа волосы, он вышел на балкон. Огромная луна лениво смотрела на землю, освещая каждый темный угол улицы, подавляя волю, вызывая даже в нормальных людях какие-то непонятные звериные желания, стоило ли говорить о тех, кто были наполовину животными. Вампир смотрел темными глазами на светящийся шар, впитывал каждый лучик, - этим луна ничем не отличалась от солнца - заряжаясь энергией, теряя последнее, что роднило его с человеком. Шаг - он на поручне, прыжок – на крыше, он любил силу, уважал и слушал ее. Ещё в детстве отец открыл ему тайну, помог понять то, что было написано их предками, то, что веками они собирали по крупице… Знания.
|
